Мы едем в Карур
Сойдя с поезда в Чиннае, мы сразу оказались на стоянке такси, и нас окружили водители раздолбанных «Амбассадоров», которые навязчиво предлагали свои услуги.
«Амбассадор» — индийская «Победа»
«Амбассадоры» выпускались в Индии с 1957 по 2014 годы. Они производились в Калькутте и были модифицированной версией британского седана Oxford. Нам же эти машины напоминали «Победу». В начале 2000-х на российских улицах «Победы» уже не ездили, поэтому эти машины нам казались каким-то символом отсталости.
Мы договорились с одним водителем, что он довезет нас до Карура, и сели в машину. Мы думали, что ехать нам часа два или три, но мы ехали туда почти весь день. Ближе к полудню машина сильно нагрелась на солнце, и мы были вынуждены остановиться, чтобы охладить мотор.
Мы разговорились с водителем, и выяснилось, что он не только не знает дорогу до Карура, но вообще от нас впервые услышал о существовании этого города. В Индии у водителей большая конкуренция, поэтому они соглашаются отвести куда угодно. Дорогу они узнают по пути у местных жителей.
Сейчас к этому я отношусь спокойно, но тогда мы первый раз столкнулись с такой ситуацией, и это нас напрягало. Надо было связаться с Мадаваном. Я позвонила ему на мобильный, и он объяснил водителю дорогу. Карур оказался гораздо дальше от Чинная, чем мы думали.
Ближе к вечеру мы все-таки достигли Карура, и Мадаван встретил нас на белом джипе. Когда он увидел машину, на которой мы приехали, то сильно развеселился. В Каруре таких старых машин было мало.
В целом Карур производил очень хорошее впечатление. В этом небольшом городке было несколько текстильных предприятий, которые были весьма прибыльными, поэтому многие жители города были обеспеченными людьми.
В гостях у Мадавана
Один из учеников Мадавана предоставил нам свой дом на окраине города. Дом был довольно большим. Он имел кухню, просторную гостиную и две спальные комнаты. Одну из них занял Миша Баранов. В другой поселились мы с Володей, как молодожены.
Женаты мы с Володей тогда не были, но представились Мадавану мужем и женой, потому что перед поездкой в Индию Илья Журавлев сказал нам, что индийцы не любят, когда неженатые люди живут вместе, и посоветовал соврать, что мы состоим в браке.
Как маленькая ложь изменила мое мнение о браке
Несмотря на то, что я искала партнера по йоге, я считала, что брак мне не нужен, потому что хорошее дело браком не называют. Я была за свободные отношения, которые не требуют штампа в паспорте.
Мне думалось, что в брак вступают те женщины, которым нужна материальная поддержка или дети. К 30 годам я себя материально полностью обеспечивала и не планировала заводить детей, поэтому не стремилась стать чьей-либо женой. Однако в Каруре я поняла, что жена — это еще и статус.
В индийском обществе это было особенно заметно. Во время первой поездки в Индию я была в статусе молодой женщины, и индийцы воспринимали меня крайне несерьезно. Тогда мы путешествовали втроем: я, Илья и Марина. Все знали, что мы просто друзья, и за главного в нашей компании индийцы считали Илью. Его решение и мнение всегда было в приоритете.
Теперь же мы тоже были втроём. Мужчин было даже двое, но с моим мнением больше считались. Я чувствовала глубокое уважение со стороны и женщин, и мужчин. Я понимала, что корень этого уважения именно статус жены и будущей матери.
Иногда из-за этого возникали и курьёзы. Так, помогая в приобретении индийской одежды для посещения храма, Мадаван привел нас не в магазин, а в швейную мастерскую. Я выбрала себе материал, и из него мне сшили длинную курту и штаны.
Я считала, раз с меня сняли мерку, то костюм точно будет по размеру. Но платье сделали очень широким, а штаны, которые затягивались веревкой, могли вместить меня два раза. С моей точки зрения всё это мне было велико. Но с индийской — это был самый подходящий костюм для женщины, которая недавно вышла замуж и, скоре всего, в ближайшее время будет вынашивать ребенка.
А когда я показала свой сайт, на котором были фотки парных асан с Михаилом Барановым, одна девушка строго на меня посмотрела и спросила: «Я не понимаю, кто твой муж Вова или Миша?». И мне стало как-то неловко за эти фото.
Я даже убрала их со своего сайта, когда действительно вышла за Володю замуж. Эти фото с Мишей были сделаны в Сочи за несколько месяцев до нашей поездки в Индию.
А фотка ниже сделана как раз в Каруре. Возможно, она отражает отношение Володи к фотосессии, сделанной в Сочи.
Чему нас учил доктор Мадаван
Под руководством Мадавана мы занимались в основном дыхательными техниками и совсем немного асанами. Он приходил к нам по утрам, и мы практиковали на крыше. Перед Пранаямой мы всегда делали Сурья Намаскар.
Мадаван нам показал усложненный вариант Шиванандовской Сурья Намаскар. Вместо широкого шага предлагалось делать Хануманасану, а в Бхуджангасане надо было пробовать согнуть ноги в коленях и соединить их с головой. Мы с Мишей даже делали эти варианты.
У Володи уровень тогда был чуть пониже нашего. Хануманасаны у него не было, и Мадаван показал ему несколько динамических упражнений для прогресса в этой позе. По-моему, они помогли ему в освоении Хануманасаны. Хотя времени потребовалось больше, чем обещал Мадаван.
Что касается дыхательных техник, то Мадаван объяснил нам Полное Йоговское Дыхание, различные техники Капалабхати и Бхастрики, а так же Анулома Вилому.
Анулома Вилому мы делали под его счет. Он говорил нам о важности дыхания в комфортном ритме, и предложил нам дышать 7:28:14. У Миши и Володи получалось держать этот ритм не напрягаясь, но мне было трудно. Однако я не хотела от них отставать, поэтому не просила сделать пропорцию проще.
Кроме того, Мадаван показал нам несколько интересных асан. Увы, мы мало кого смогли научить им, потому что их выполнение требует и большой гибкости, и серьезного контроля над своими мышцами.
Самой забавной с моей точки зрения была поза, которую Мадаван назвал вариацией Сарвангасаны. Она быстро получилась у Володи. Мне понадобилось время, чтобы ее освоить. Для себя я назвала ее «стойкой на ухе».
Увы, некоторые мои ученики при освоении этой позы сворачивали себе шею, поэтому асана не прижилась на регулярных классах.
Другой сложной для меня асаной был прогиб, который сразу сделал Миша Баранов.
Плечевые развороты мне всегда с трудом давались, а здесь надо было еще сделать его лежа на боку. Поза у меня так и не получилась, поэтому кому она интересна, обращайтесь к Мише.
Зато у меня очень подвижные бедра, поэтому у меня хорошо получилась вариация Йога Дандасаны.
Эту позу я давала иногда на своих занятиях, но она сложнее, чем обычная Йога Дандасана, которая и в простом варианте мало у кого получается.
Одна ученица Мадавана показала мне вариацию Кошки со стопой под ребрами.
Эта поза тоже оказалась недоступной для моих учеников. Сама я какое-то время ее делала, но потом убрала из своей практики. Сейчас, скорее всего уже не сделаю.
Кроме того, я попросила Мадавана советы для углубления прогиба. В отличии от Бал Мукунда Сингха, Мадаван считал, что основа глубокого прогиба не подвижность нижней части позвоночника, а хорошо раскрытый грудной отдел.
Он показал мне динамические упражнения в Кошке для углубления прогиба в груди. В то время я еще не знала, что у меня есть проблемы в грудном отделе. Резкие движения в Кошке не пошли мне на пользу. Еще в Каруре после этих упражнений я почувствовала небольшой мышечный спазм в области лопаток. Но это не мешало мне прогибаться, поэтому я игнорировала этот сигнал.
Через год после этой поездки я получила серьезную травму на прогибе. Об этом я уже писала в 24 главе. Думаю, что эти упражнения тоже сыграли свою роль. Хотя основная причина проблемы, безусловно, мой излишний энтузиазм.
Сатсанг с доктором Мадаваном и его учениками
Сатсанг можно перевести, как «собрание ради истины». Встречаясь на сатсангах, люди вместе читают священные писания или поют бхаджаны. Бхаджаны — это несложные гимны для прославления Богов. Они могут быть написаны как на санскрите, так и на местном диалекте.
Свами Шивананда, к примеру, сам сочинял бхаджаны в том числе и на английском языке, и в Ашрамах Шивананда Йоги их поют до сих пор.
Очень часто по вечерам доктор Мадаван и его ученики приходили в дом, где мы жили, и мы вместе ужинали и пели бхаджаны.
Когда мы занимались Пранаямой, Мадаван всегда говорил нам, что тем, кто ее практикует очень важно не есть острую пищу. Однако, когда он решил угостить нас индийской едой, он приготовил ее весьма острой.
Мы были очень удивлены и сказали, что такая пища нам не подходит. Ведь мы занимается Пранаямой. Мадаван на это ответил, что пища, которую он сейчас нам предлагает, совсем не острая. Вывод: вкус — вещь субъективная.
После трапезы мы пели бхаджны. Иногда даже под магнитофон.
Помню, что в тот момент, когда была сделано это фото, мы пели «Шива, Шива, Шамбхо». Запевал Володя. Индус, сидящий рядом с ним, очень интересный персонаж. Звали его Муктикришна.
Муктикришна
Муктикришна регулярно занимался у Мадавана и хорошо делал асаны.
Один раз Мадаван устроил нам показательные выступления своих учеников. Муктикришна сделал Урдва Дханурасану, а Мадаван на его животе выполнил Маюрасану.
Своего сына Муктикришна назвал в честь русского писателя-коммуниста Максима Горького. В паспорте этого парня в главе имя было написано: «Максим Каркин». То есть «Каркин» — это и есть Горький. Вот так индийцы слышат наши русские слова.
Максим Каркин стоит на фото справа от Мадавана. Он сейчас весьма успешный преподаватель йоги.
А рядом с Володей стоит Каузалья. Она сейчас преподает йогу в Дубае. Во время Ковида я была на ее онлайн занятиях.
Красильный цех на индийской фабрике
Когда мы были в Каруре, Каузалья была начинающим учителем йоги и работала лаборантом в красильном цеху на одной из многочисленных фабрик Карура. Один раз она пригласила меня к себе на фабрику.
Каково же было мое удивление, когда мы пришли в лес, в котором прямо под открытым небом стояли огромные котлы с растворенной краской. В них были погружены большие куски материи. А на стволах деревьев были завязаны веревки, и на них сушилась окрашенная материя.
На фотке ниже мы находимся на территории красильного цеха, а не в джунглях.
Мы становимся знаменитостями
Молодые ученики Мадавана очень хорошо делали асаны. Поэтому он часто устраивал показательные выступления, на которых они демонстрировали чудеса гибкости.
Один раз его пригласили провести такие выступления в каком-то учебном заведении. Мадаван попросил выступить и нас с Мишей.
После этого нас позвали выступить на местном телевидении. Я очень сильно волновалась, потому что считала, что плохо говорю на английском. При этом Миша и Володя знали этот язык гораздо хуже меня.
Но все прошло хорошо, и на следующий день нас узнавали на улицах, говоря, что видели по телевизору. Мы становились знаменитостями. О нас даже написали в газете. Хотя, что именно написали, мне не ведомо, потому что газета эта на тамильском языке.
В Каруре мы пробыли около месяца. В последний день нам устроили прекрасный прощальный вечер и одели на шею гирлянды, как почетным гостям.
Володя прощался с Мадаваном, как с учителем, и обещал вернуться, когда выучит английский язык. Английский язык он не выучил, поэтому в Карур мы больше не ездили.
Бангалор и Гокарна
В канун рождества мы были в Бангалоре. На главной торговой улице Бангалора мы видели девушек, одетых Санта Клаусом.
Магазины Бангалора нам понравились. Мы купили там книги по йоге на английском языке, открытки с индийскими Богами и хорошую одежду очень хорошего качества, которую я потом носила больше 10 лет.
В Бангалоре мы, по-моему, даже не ночевали и поехали дальше в Гокарну. Володе тогда было уже за 30, но он ни разу не видел моря. Мне так хотелось показать ему это безбрежное водяное пространство. Я думала, что он будет им очарован.
Однако в Гокарне Володе не понравилось. Оказалось, что он плохо переносит жару. Я не думала, что в декабре-январе в Гокарне будет около +35 градусов. В Каруре в это время года не было так жарко.
Лично я хорошо переношу температуру выше 30 градусов. Мне хотелось осматривать окрестности, бродить по горам, купаться в море. Володя же хотел только одного, посидеть спокойно в тени.
Море ему тоже не понравилось. Из-за жары море сильно прогрелось, и купание в нем не давало приятную прохладу, а походило на окунание в теплую грязную лужу.
Начало 2004 года
Новый 2004 год мы втроем встретили в Гокарне стоя по колено в океане. Вместо шампанского у нас была большая бутылка «Пепси Колы».
Местные жители вообще никак Новый Год не отмечали. В Индии фейрвеки устраивают на Дипавали, а в ночь с 31 декабря на 1 января спокойно спят.
Мише Баранову в Гокарне нравилось. Он поселился в небольшой рыбацкой хижине и каждый день практиковал Пранаяму и медитацию на берегу моря.
Володя в хижине жить отказался. Мы поселились в довольно приличном отеле недалеко от автобусной станции. Несмотря на то, что жилище наше было комфортным, Володя не хотел долго оставаться в Гокарне. Мы решили вдвоем ехать в Дели, а Миша еще какое-то время пробыл в Гокарне.
Из жары в холод
Из Гокарны в Дели мы поехали на поезде. На ближайшей станции мы смогли купить билеты только в общий вагон. Других не было. А в общий вагон почти всегда есть билеты, потому что места на них не проставлены. Можно садиться куда угодно, хоть на голову друг другу.
Было очень жарко. Мы расположились на скамейке на платформе. Рядом с нами прямо на земле сидели местные жители на каких-то тряпках. Когда подошёл наш поезд, они быстро вскочили, намотали на головы тряпки, на которых сидели, и побежали к нашему общему вагону.
Увидев сколько человек собираются зайти в этот вагон, Володя сказал, что мы туда не пойдем. Мы сели в ближайший к нам вагон слипер-класса. Свободных мест в слипере не было, поэтому мы разместились на своих вещах в тамбуре около туалета.
Ехать до Дели нам надо было около 2 суток. Первый день мы так и просидели у туалета. Володя был уверен, что это лучше, чем в общем вагоне. Контролер к нам в вагон почему-то не приходил.
На второй день в вагоне появились свободные места, и индусы сами пригласили нас в купе. Они объяснили, что если прийдет контролер, то он не будет выписывать штраф, а просто продаст нам билет в это купе. Но контролер не пришёл и на второй день. В итоге мы были даже довольны этой поездкой.
Дели в январе
И вот мы в Дели. Жара осталась на юге, а здесь царила зима. В том году было особенно холодно. По ночам температура опускалась ниже нуля. И даже ходили слухи, что обезьяны начали умирать от холода.
Мы поселились на Мэйн Базаре в гостинице, в которой была горячая вода (в то время не везде была горячая вода), но не было крыши над лестничными пролетами в целях вентиляции в жару.
Дыру эту мы заметили только ночью, когда начали замерзать, подобно обезьянам. У нас были, конечно, одеяла и теплая одежда, но это слабо помогало. Согревались мы бутылками с горячей водой, которые клали под одеяло.
У нас был обратный билет без фиксированной даты вылета. Сейчас, по-моему, такие не продают. А в начале 2000-х другого варианта не было. Мы съездили в офис наших авиалиний, зафиксировали дату вылета и еще пару дней мерзли в Дели.
Долетели на родину без каких-либо затруднений, и по возвращении всем рассказывали о докторе Мадаване и его учениках. Я даже статью на эту тему написала для журнала «Йога», редактором которого был Михаил Константинов. Статья эта и сейчас есть на моем сайте: Йога в Индии. Доктор Мадавана и его Йога Центр.
Прокомментировать главу можно здесь: https://t.me/yoga2ru/1352